В Приморском районном суде Санкт-Петербурга под председательством судьи Е.С. Богдановой третий год идет рассмотрение так называемого дела «Лайф-из-Гуд» ‒ «Гермес» ‒ «Бест Вей». Доказательства обвинения рассыпаются одно за другим.
«Исследование» списано у ЦБ
Например, заключение финансового специалиста Парфеновой, в котором анализируется финансовая составляющая работы кооператива «Бест Вей», просто переписано с заключения центра компетенций южного главка ЦБ, хотя и само «исходное» заключение откровенно заказное: написанное по трем анонимкам и публикациям в прессе, инициированным конкурентами. В «исходном» заключении содержится вывод о финансовой связи кооператива с иностранной компанией «Гермес» ‒ который также взят из «подметных» писем: никаких доказательств нет; Парфенова копирует этот вывод без проверки.
При этом сам анализ деятельности кооператива, как отмечают адвокаты, отсутствует. Не исследовано, сколько квартир фактически приобрел ПК «Бест Вей» и сколько из них было передано пайщикам. Не определялось соотношение между поступавшими в кооператив средствами, приобретенной недвижимостью и исполненными обязательствами. Не изучался вопрос о том, располагал ли кооператив достаточными активами для выполнения своих обязательств перед пайщиками.
Парфенова переписывает из «исходного» заключения и вывод о «широкой рекламе» кооператива, хотя кооператив вообще не размещал рекламу. Ряд СМИ писали о нем как о крупнейшем в России кооперативе по собственной инициативе редакций, не было никаких «аксессуаров» рекламного сообщения, прежде всего контактных данных.
Аналогичный вопрос возник, по словам адвокатов, при оценке якобы высокой доходности кооператива – хотя кооператив вообще не привлекал депозитов, не платил процентов. Откуда-то взятый показатель 15–25% годовых сравнивается с доходностью банковских вкладов.
Во время допроса в суде подтвердилось, что самостоятельного анализа деятельности кооператива Парфенова не проводила. Покупка недвижимости и ее передача пайщикам специалистом не анализировались, финансовая способность кооператива выполнять свои обязательства не изучалась, а отдельные признаки основывались на оценочных критериях.
Ответы на незаданные вопросы
Вопросы вызвало и другое, более раннее финансовое исследование специалиста Симбирской, в котором внимание привлекают хронологические нестыковки. Указано, что исследование проводилось с 12 по 19 октября 2020 года – однако запрос на исследование с девятью вопросами появился только в декабре 2020 года. При этом в исследовании делается ссылка на документы, появившиеся после его завершения. Таким образом, исследование было выполнено раньше материалов проверки, по итогам которого оно было назначено.
Исследование оформлено как заключение специалиста в рамках расследования уголовного дела, однако в действительности оно было выполнено до возбуждения уголовного дела: то есть это «полицейское» исследование, которое решили переоформить в заключение по поручению следствия, что является процессуальным нарушением.
Бот – не замена банка
Обвинение заявляет, что система расчетов по счетам «Виста», имевшимся в иностранной компании «Гермес» – через VistaChangeBot, представляла собой механизм, через который обеспечивались возвраты одним гражданам за счет денежных средств вновь привлеченных лиц. При этом вообще не утруждает себя доказательствами.
Никаких исследований VistaChangeBot в деле нет. Такое исследование по собственной инициативе провела сторона защиты. Специалисты изучили исходный код VistaChangeBot и образовательные видеоматериалы и установили, что VistaChangeBot представлял собой инструмент P2P-обмена между двумя пользователями со встречными интересами.
Один пользователь передает внутренний актив «Виста» и получает деньги, другой передает деньги и получает соответствующий внутренний актив. VistaChangeBot не принимал, не хранил, не аккумулировал и не распределял рубли или иные фиатные денежные средства пользователей. Банковские переводы осуществлялись между самими пользователями через обычную банковскую систему, вне VistaChangeBot.
Сговор силовиков
Таким образом, представленные «доказательства» подтверждают только надуманность, виртуальность обвинений, по которым в тюрьме годами сидят не виртуальные, а реальные подсудимые.
Судья Богданова продолжает держать в тюрьме людей, вина которых не доказана и никогда не будет доказана в честном суде. Это прежде всего индивидуальный предприниматель Михаил Измайлов: он находится в СИЗО больше четырех лет – то есть фактически отбыл уже восьмилетний срок без приговора. При этом вся его вина, по версии следствия, состоит в том, что он вел некий чат по обмену информацией между клиентами компании «Гермес».
В тюрьме более трех лет находятся также индивидуальные предприниматели Альмира Гильберт, Анатолий Наливан, Дмитрий Мазанов и Денис Шишко. Екатерина Богданова, несмотря на все ходатайства, отказывается выпустить предпринимателей, по многу лет находящихся в тюрьме.
Богданова продолжает держать под запретом определенных действий 85-летнего Виктора Ивановича Василенко, имеющего онкологическое заболевание: мера пресечения и необходимость еженедельно ходить в суд крайне затрудняют его лечение. При этом Екатерина Богданова требует, чтобы тяжело больной очень пожилой человек участвовал в заседаниях.
10 подсудимых – это либо бывшие рядовые сотрудники «Лайф-из-Гуд», либо предприниматели, работавшие с организацией по договорам. Никто из них не имеет никакого отношения к руководству организацией – и при этом все они фактически как заложники находятся либо в тюрьме, либо под мерами пресечения, существенно ограничивающими их свободу.
У защиты создается впечатление, что Богданова действует в интересах питерских силовиков, имеющих свой материальный интерес в разгроме «Лайф-из-Гуд», «Бест Вей» и российского бизнеса компании «Гермес».
